Menu
Артем Аветисян: банковский аферист, чудом оставшийся на свободе

Артем Аветисян: банковский аферист, чудом оставшийся на свободе

Власти Москвы купили бизнес по производству масок

Власти Москвы купили бизнес по производству масок

Мошенник Николай Кузьменко посредством Amir Capital “разводит” матерей-одиночек

Мошенник Николай Кузьменко посредством Amir Capital “разводит” матерей-одиночек

Схемщик Владимир Ресин пригодился и Лужкову, и Собянину

Схемщик Владимир Ресин пригодился и Лужкову, и Собянину

Крестный дед. "Старик путешествует" Эдуарда Лимонова



Прежде чем начать разговор о последней (составленной при жизни автора, но выпущенной — после) книге Эдуарда Вениаминовича Лимонова, следует посчитать, сколько их было у него всего. Итак, если мы не сбились со счета, то (включая сборники публицистики, поэзии, рассказов, даже драматургии) на русском языке опубликовано порядка 80 книг. Не без гордости и хвастовства автор упоминает и иностранные издательства (например, в Париже оно находилось напротив Люксембургского сада), куда он мог заходить без предупреждения с очередной подругой, и все были ему неизменно рады.

Об этом сообщает Слон РУ


Но со сколькими книгами обычно связан у людей образ Лимонова–писателя? С одной. С первой. Даже можно не писать название, все и так понимают, о чём речь.


"Старик путешествует" — это путевые заметки, разбросанные в хаотичном порядке; писательские упражнения, когда ради одной удачной фразы переписываются по нескольку раз эпизоды воспоминаний; что–то на первый взгляд необязательное для чтения из–за неряшливой записи и отсутствия общей структуры; но это и диалог автора с первой книгой, с "Эдичкой".


Стал ли Эдичка стариком? Кажется, в последней книге Лимонов искал для себя ответ именно на этот вопрос.


Его подруга Фифи просит показать "Париж Лимонова" и другие памятные для рассказчика места, но в итоге не слушает, отвлекается на смартфон, а в гостиничном номере смотрит "Гарри Поттера". Молоденькая и, по определению Лимонова, противная Фифи в больших пухлых кроссовках и сопровождающий её пожилой автор в итальянских кожаных туфлях ручной работы с пряжками, натирающими пальцы ног, — чем не образ писателя, создавшего свою знаковую работу ещё в 1970–х, и новой аудитории? Он все ещё хочет рассказывать, но уже беспокоится о собственной старомодности и о том, что массовый рынок затмил "мастеров ручной работы", к коим автор не вслух, но все же явно причисляет и себя.


Старик — один из образов, которые примеряет Лимонов (а Дед — его партийное прозвище), и он ему тоже натирает и жмет. В записях, даже в тех, где он обращается к событиям 45–летней давности, нет того, что могло бы ассоциироваться со "стариковским": ностальгии, брюзжания, недовольства, жалоб, боли.


За любым самым небольшим текстом стоит человек с несгибаемой волей, которого интересует не прошлое как его "лучшее время жизни", а настоящее и те дела на перспективу, которые он может сделать прямо сейчас.


Источник: “https://www.dp.ru/a/2020/05/22/Krestnij_ded”